В Перу спасатели вместе с военными спасали кита

Операция «Прорыв». Как американцы и русские вместе спасали китов (13 фото)

Охотник попытался при помощи цепной пилы прорезать путь во льду, ведущий к открытой воде. Соседи по деревне помогали охотнику, с помощью насосов не давая льду образоваться заново за ночь.

Неделей позже в Анкоридже был снят новостной сюжет о попавших в ловушку китах. Спасатели попытались получить во временное пользование баржу из Прудоу Бэй, чтобы проломить лёд и очистить путь, однако баржа сама оказалась заперта во льдах.

Положение китов привлекло ещё большее внимание СМИ, когда журналисты связались с Баро Норт Слоуп и прибыли на место происшествия. Национальное управление океанических и атмосферных исследований выслало команду учёных-цетологов, а Государственный департамент США попросил о помощи два советских судна: ледокол «Адмирал Макаров» и судно-снабженец «Владимир Арсеньев».

Киты были изранены острыми ледяными осколками, образовывавшимися при пробивании пути, и вода вокруг окрашивалась их кровью.

Драма у мыса Барроу разворачивалась в прямом эфире. В поселок прибыли 150 журналистов из разных стран мира и новости отсюда поступали каждый день. Терпящие бедствие киты не только попали в центр внимания крупнейших газет и телеканалов, но даже получили собственные имена. Спасатели окрестили их Сику, Путу и маленький Бон-Бон.

Операция по спасению китов продолжалась уже третью неделю, и положение стало критическим. Температура у мыса Барроу упала до -18 градусов по Цельсию. 22 октября весь мир с ужасом узнал о том, что малыш Бон-Бон, которого успели полюбить в разных уголках планеты, скончался от переохлаждения и недостатка кислорода.

Американский штаб по спасению, на борту судна «Гриннпис»

Американские спасатели были в отчаянии. Они начали прорубать канал для выхода китов в открытое море, но оказалось, что пространство между рифами забито стамухами — льдинами, сидящими на мели до самого дна.

Русские ледоколы подошли к мысу Барроу на рассвете 26 октября. На борт «Адмирала Макарова» сразу прилетели руководители спасательной операции Рон Моррис и командующий Северным флотом США адмирал Зигмунд Петерсен. Под камерами журналистов и телевизионщиков капитан Решетов сказал всего одну фразу: «Let’s cut ice» (Будем резать лед).

Сергей Решетов, капитан ледокола «Адмирал Макаров»: «Американцы не верили в возможности наших ледоколов. Но когда они посмотрели, как после двух ударов стамухи разлетелись, они изменили свое мнение»

Ледокол «Адмирал Макаров»

Николай Шаталин, гидролог ледокола «Адмирал Макаров»: «Адмирал Макаров» пробил лед до входа в лагуну, но дальше идти не мог, поскольку глубина стала критической — 6-7 метров при осадке ледокола 10 метров. Наступила очередь «Владимира Арсеньева». Практически чиркая по дну брюхом, «Арсеньев» резал лед в проливе, расчищая проход к каналу, который прорубали американцы.

Киты уходили из ловушки ночью 29 октября. Никто не видел, как они вышли из лагуны, ставшей для них смертельной западней, но рано утром вертолетная разведка донесла: киты вышли в открытое море. Операция Breakethrough — «Прорыв», как ее окрестили американцы, закончилась

Американцы потратили на операцию по спасению китов 5,5 млн. долл. С экономической точки зрения это было абсолютным безумием, но моральный эффект, который произвела операция «Прорыв» на весь мир, она оказалась бесценной. Киты объединили тысячи людей из разных стран.

За драмой, разыгравшейся у мыса Барроу, как и многие люди в мире, следил торговец произведениями искусства из маленького городка Лейк-Цюрих в штате Иллинойс Тимоти Дагген. Восхищенный тем, что совершили русские, Тимоти решил отблагодарить наших моряков и сделать им подарок от всех американцев.

Дагген разыскал в штате Миннесота скульптора Джерри Фэйбера, который вырезал скульптуры из дерева, и сделал ему заказ. Тот долго искал дерево, которое стало бы материалом для изображения китов и нашел его на территории резервации индейцев Чиппева.
Это был старый, умирающий 300-летний вяз и Джерри решил дать ему вторую жизнь.
Три месяца работал скульптор над памятником и когда он был готов — все удивились. Джерри изобразил ТРЕХ свободных китов, выпрыгивающих из воды. Во Владивостоке, куда он прибыл на открытие монумента, Джерри задали вопрос: почему китов трое?

Джерри Фэйбер, скульптор: «Знаете, я немного сентиментален и люблю хеппи-энды. Конечно, один кит погиб, но пусть их будет трое, ведь если бы ваши парни участвовали с самого начала, третий кит, наверняка, остался бы жив. «

В США эту историю помнят до сих пор. О ней написано несколько книг, а на основе одной из них в Голливуде сняли фильм Big Miracle с Дрю Бэрримор в главной роли — в русском прокате «Все любят китов». Мировая премьера картины состоялась 3 февраля 2012 года, а в России, в том числе Владивостоке, на день раньше.

Спасением закончилась история застрявшего на мелководье детеныша гренландского кита

Драматичная история гренландского кита завершилась благополучно. 30-тонный детеныш, который сел на мель в устье реки на Дальнем Востоке и фактически оказался в ловушке, все-таки набрался сил и во время прилива ушел в море. Всю дорогу рядом с ним были спасатели.

Почти сутки кит пролежал на мелководье посреди реки. Ни развернуться назад в море, ни двинуться вперед, на озерную гладь, он не мог. Пытаясь выбраться, животное сильно поранилось о камни.

Кит примерно 10 метров в длину, как определили специалисты, еще совсем детеныш. Чтобы не пересыхала кожа, с лодки его поливают водой. Первыми на помощь пришли инспекторы морского заповедника — здесь, в районе Шантарских островов, место далекое от цивилизации.

«Одна из версий — кит зашел почиститься на мелководье, это подтверждается учеными, потому что в опресненной воде паразиты от него сами отпадают некоторые, других съедают рыбки, которые в этих водоемах живут. И вторая версия заключается в том, что кит спасался от касаток», — рассказал заместитель директора в области охраны окружающей среды ФГБУ «Заповедное Приамурье» Дмитрий Гранкин.

В июле 2017 года российские биологи сняли у берегов Камчатки видео, как стая касаток настигает 12-метрового китенка и не дает ему всплыть, чтобы глотнуть воздуха. То же самое могло произойти и с этим малышом.

В 700 километрах от места происшествия спасатели МЧС из Хабаровска собираются на подмогу. С собой берут лодки и оборудование, которым попытаются сдвинуть кита. Тем временем с Шантарских островов поступают новые сообщения: практически ползком на брюхе малыш продвинулся вперед на 200 метров. И снова стал на мель. Его тело начинают объедать рыбы.

Многим это напоминает историю 30-летней давности, когда на Аляске три серых кита застряли во льдах, пришлось проводить спасательную операцию. Но один из гигантов все-таки погиб. А спустя годы историю экранизируют.

Тем временем на Шантарах ученые ждали прилива, только он помог бы киту сдвинуться с места. Свидетелями драмы становятся путешественники из Москвы — у них тур по Охотскому морю. После бессонной ночи туристы сообщают долгожданную новость.

«Ночью начался сильный прилив. В полной темноте и тумане кит смог освободиться. Он после того, как полностью его накрыла вода, подплыл к лодке спасателей, которые поливали его водой, постоял рядом с ней немножко, как будто прощаясь, потом сильно махнул хвостом и ушел по протоке, по высокой воде в сторону моря. Все очень сильно, конечно, переживали здесь, но сейчас все очень рады», — рассказал очевидец Сергей Доля.

Эмоции не мог сдержать и российский министр природы Сергей Донской. Ситуацию он контролировал лично.

«Большое спасибо всем, кто участвовал и переживал за кита, севшего на мель! Только что позвонил директор национального парка «Шантарские острова» Владимир Андронов — кит ушел из устья реки в море с приливом, коллеги проводили до кромки. Будут следить дальше! Кита спасли!» — поделился новостью министр природных ресурсов РФ Сергей Донской.

Обезвоживание и порезы — единственное, от чего в итоге пострадал кит. Но ученые говорят, что раны быстро затянутся — животное сильное, если смогло совершить такой мощный рывок.

В Перу спасатели вместе с военными спасали кита

Войти

29 лет назад в 1988 году американцы и русские объединились для того, чтобы спасти серых китов, застрявших в ледяной западне у берегов Аляски.

7 октября 1988 года охотник Рой Ахмаогак, эскимос-инупиат, обнаружил трёх серых китов, запертых в полынье в поле пакового льда в Море Бофорта вблизи мыса Барроу в штате Аляска.
Охотник попытался при помощи цепной пилы прорезать путь во льду, ведущий к открытой воде. Соседи по деревне помогали охотнику, с помощью насосов не давая льду образоваться заново за ночь.

Читать еще:  Гусь и собака обнимаются при встрече

Положение китов привлекло ещё большее внимание СМИ, когда журналисты связались с Баро Норт Слоуп и прибыли на место происшествия. Национальное управление океанических и атмосферных исследований выслало команду учёных-цетологов, а Государственный департамент США попросил о помощи два советских судна: ледокол «Адмирал Макаров» и судно-снабженец «Владимир Арсеньев».

Киты были изранены острыми ледяными осколками, образовывавшимися при пробивании пути, и вода вокруг окрашивалась их кровью.

Русские ледоколы подошли к мысу Барроу на рассвете 26 октября. На борт «Адмирала Макарова» сразу прилетели руководители спасательной операции Рон Моррис и командующий Северным флотом США адмирал Зигмунд Петерсен. Под камерами журналистов и телевизионщиков капитан Решетов сказал всего одну фразу: «Let’s cut ice» (Будем резать лед).

Сергей Решетов, капитан ледокола «Адмирал Макаров»: «Американцы не верили в возможности наших ледоколов. Но когда они посмотрели, как после двух ударов стамухи разлетелись, они изменили свое мнение»

Американцы потратили на операцию по спасению китов 5,5 млн. долл. С экономической точки зрения это было абсолютным безумием, но моральный эффект, который произвела операция «Прорыв» на весь мир, она оказалась бесценной. Киты объединили тысячи людей из разных стран.

За драмой, разыгравшейся у мыса Барроу, как и многие люди в мире, следил торговец произведениями искусства из маленького городка Лейк-Цюрих в штате Иллинойс Тимоти Дагген. Восхищенный тем, что совершили русские, Тимоти решил отблагодарить наших моряков и сделать им подарок от всех американцев.

Дагген разыскал в штате Миннесота скульптора Джерри Фэйбера, который вырезал скульптуры из дерева, и сделал ему заказ. Тот долго искал дерево, которое стало бы материалом для изображения китов и нашел его на территории резервации индейцев Чиппева.
Это был старый, умирающий 300-летний вяз и Джерри решил дать ему вторую жизнь.
Три месяца работал скульптор над памятником и когда он был готов — все удивились. Джерри изобразил ТРЕХ свободных китов, выпрыгивающих из воды. Во Владивостоке, куда он прибыл на открытие монумента, Джерри задали вопрос: почему китов трое?

Джерри Фэйбер, скульптор: «Знаете, я немного сентиментален и люблю хеппи-энды. Конечно, один кит погиб, но пусть их будет трое, ведь если бы ваши парни участвовали с самого начала, третий кит, наверняка, остался бы жив. «

Товарищество на китах

Барроу. Барьер. Борьба

Октябрь 1988 года. Арктика. Мыс Барроу и поселок эскимосов с тем же названием. Самая северная точка Аляски.

Скованная льдом длинная и мелкая морская лагуна. Стремительно замерзающая полынья. В ней, то всплывая для вдоха, то ныряя на глубину, ждут верной гибели три беспомощных великана, серых калифорнийских кита. До открытого моря десять километров сплошного и ровного, как столешница, льда.

Двадцать дней подряд — с 7 по 26 октября — китов героически спасали эскимосы Барроу. Гоняли лед по полынье, без устали работали цепными бензопилами, выпиливая для китов проруби-майны к выходу из лагуны. Но на пути китов стоял барьер — нагромождение арктических торосов высотой до пяти метров. И десятиметровый лед до самого дна.

Наши ледокольщики подключились к спасательной операции, когда Америка поняла: самой с проблемой не справиться.

Сергей Федорович Решетов, в 1988 году — капитан ледокола «Адмирал Макаров» Дальневосточного морского пароходства:

— Наш ледокол и судно усиленного ледового класса, дизель-электроход «Владимир Арсеньев» должны были доставить на место зимовки в Арктику советскую дрейфующую полярную станцию СП-31. К 22 октября все закончили — выгрузку, обустройство городка. Подняли флаг СССР. И тут получаю РДО (радиограмму) из Владивостока: «По окончании работ следуйте в район мыса Барроу на оказание помощи по вызволению из ледового плена китов».

Что за киты?! Американское арктическое побережье — заграница, район засекречен. Глубин не знаем, навигационных карт не имеем. Но приказы не обсуждают.

Формальности, связанные с прохождением границы, разрешались через посла СССР в США Ю.В. Дубинина. К нему с просьбой о помощи, сославшись на личную озабоченность президента Р. Рейгана, обратились региональный директор Всемирного общества охраны животных Д. Уолш и президент Всемирной федерации по охране китов Б. Миллер. И это никого не удивляет. Ледяные отношения двух держав оттаивают. Мы выводим войска из Афганистана. Их президент летит с визитом в Москву.

Оценить политическую обстановку в мире было проще, чем ледовую у мыса Барроу. Считается, что наши суда не совершили ничего героического. Подошли к белому барьеру, сделали обычную работу: раскололи лед, пробили канал, освободили животных.

Но понять масштаб риска можно только с капитанского мостика. Там рядом с капитаном Решетовым стоял гидролог «Адмирала Макарова» Николай Васильевич Шаталин. Он записал (для себя и сыновей) детали той операции.

Сегодня ее первыми оценят читатели «Родины».

«Под килем 60 сантиметров при норме пять метров. «

Николай Васильевич Шаталин, гидролог ледокола «Адмирал Макаров»:

«. Сложность предстоящей операции определялась малыми, до 3-4 метров, глубинами. Предполагалось, что «Макаров» приблизится к мысу миль на семь, а «Арсеньев» — на пару миль ближе. Шли к Барроу среди тяжелого канадского льда — пакового, многолетнего, в сморози с молодым. По радио вещал зампред Госкомгидромета, что киты отощали, а морды порезали льдом.

Радисты в запарке: от начальства нет отбоя, в очереди на «спутнике» объявилось Гостелерадио.

В 03.00 26 октября дали «стоп» в ожидании рассвета и дальнейших распоряжений. На мостике атмосфера волнующая в связи с прибытием чужеземных гостей. Из вертолета высыпало человек одиннадцать, и сразу застрекотали кинокамеры, защелкали фотоаппараты. После рукопожатий и обмена визитками адмирал Зигмунд Петерсен (Sigmund R. Petersen, руководитель спасательной операции) подробно рассказал о происходящем и выразил надежду, что помощникам по плечу операция Break through («Прорыв)».

«Макарову» отводилась решающая роль по разрушению торосов (лишь бы хватило глубин!), а «Арсеньеву» — прокладка канала по мелководью до китов. Бедняг осталось двое — Путу и Сику (так назвали их эскимосы). Самый маленький, китенок Бое, погиб, выбившись из сил.

Эскимосы продолжали вырезать во льду навстречу нам прямоугольные проруби-майны. Они прошли вместе с китами от первоначальной полыньи 1,8 мили! До барьера оставалось два раза по столько же. Вот только будут ли подвластны многометровые, смерзшиеся глыбы льда даже такому мощному ледоколу, как «Адмирал Макаров»? Вслух об этом не говорилось, но в словах американских коллег иногда проскальзывала нотка сомнения.

Полетели на разведку. С вертолета хорошо просматривались искусственные полыньи и в них морские исполины. Они давно привыкли к вертолетному гулу и вообще, кажется, стали ручными — люди гладили их, подкармливали.

Вернувшись, доложил результат разведки, точку входа в припай, метод прокладки канала. Организация по спасению китов впечатлила своей серьезностью, не хотелось бы опозориться.

Утром приступили к взлому ледового редута с удара. Пробуя «на зуб», разгонялись не очень, и с одного раза взять первый торос, как и ожидалось, не удалось. Освоившись, молотили более дерзко, нагружая девять дизелей до полной мощности и меняя направление удара.

Проламывая сморозь, ползали чуть ли не на брюхе — под килём оставалось 60 см (норма — 5 метров)!

«Путу и Сику встретили аплодисментами. «

Через пару часов непрерывной долбежки начали всплывать первые подводные глыбы барьера, открывая проход для дизель-электрохода «Владимир Арсеньев» на ровный молодой лед лагуны, навстречу китам и пильщикам-эскимосам. Приняв эстафету от «Макарова», «Арсеньев» начал резать канал. Но 900 метров до китовой проруби оказались-таки недоступными, а близость банок (мелей) не дала развернуться, и на выход «Арсеньев» пятился задом.

Николай Васильевич Шаталин, гидролог ледокола «Адмирал Макаров»:

«Макаров» тем временем, работая на сверхкритическом мелководье, продолжал скалывать торос, расширяя вход. На мостике ледокола обстановка была очень нервозной. Волновался главмех Анатолий Павлович Науменко: при длительной работе винтами, реверсах на мелководье грунт может попасть в дейдвуды (трубы гребного вала), забить кингстоны. В унитазах уже появилась грязь, под угрозой засорения трубопроводы охлаждения дизелей.

И все же день прошел успешно. В помощниках была и погода: днем прояснилось, а юго-восточный ветер относил ледовые сколы мористее.

На следующее утро старпом Александр Игоревич Пацевич доложил капитану, что на «Арсеньеве», готовясь пробить последнюю дистанцию до китов, выбрасывают последний балласт, чуть ли не до потери остойчивости. Теперь малейшая ошибка, неверный маневр, слишком резкий поворот руля грозили опрокидыванием либо посадкой на мель — при осадке судна 5,8 м вокруг, по краям канала находились 5-метровые изобаты.

Тот день — 27 октября — это, в общем-то, день дизель-электрохода «Арсеньев» и его капитана Руслана Акрамовича Зайнигабдинова. Ему удалось провести судно «сквозь игольное ушко» и достичь, наконец, последней майны. Есть канал! Когда Путу и Сику появились среди ледовой крошки, их встретили аплодисментами! Осторожничая, киты продвигались к выходу, сопровождаемые восторженной толпой.

«Командир подарил американцам кокарду. «

Вечером в Барроу позвонил президент Рональд Рейган и поздравил всех с успешным завершением спасательной операции. Но поздравлять было еще рановато. Спасатели, совершив контрольный облет, увидели, что киты остановились неподалеку от выхода на чистую воду. Путь им преграждали барьерные сколы. Преодолеть последнее препятствие, раздвинуть льды окровавленными, израненными носами у них уже не было сил.

Читать еще:  Конкурс на самого толстого медведя проходит на Аляске

И опять помогли моряки «Арсеньева»: прошли и основательно почистили канал.

Преодолев последние полкилометра, киты благополучно вышли из ледовой западни. Советско-американская операция Break through («Прорыв») благодаря мастерству двух капитанов — Сергея Федоровича Решетова и Руслана Акрамовича Зайнигабдинова и их экипажей успешно завершилась!

Николай Васильевич Шаталин, гидролог ледокола «Адмирал Макаров»:

Ужинали в праздничной кают-компании. На столах красовалось угощение от дяди Сэма — яблоки, груши, апельсины. Взял пару фруктов маленькому Илюньке. Скажу, привет, сынок, вот тебе — спасибо перестройке! — бордовое яблочко от Рейгана.

Позвонил боцман Саша Белоцерковец, пригласил в каюту, где делились сувениры от американцев. Всем досталось по две бейсболки, по паре медалей Petroleum Сompany Alaska. Маек было всего девять, их распределяли по жребию — мне повезло. Себе футболку, сыновьям по кепке, Любаньке медальку, а вторую — командиру вертолета. Сам командир все свои рабочие значки с кителя и даже кокарду с фуражки отдал американским коллегам.

В общем, в следующий рейс надо запасаться «презентами» для иностранцев. Контакты с ними, благодаря «новому мышлению», должны расширяться».

Веление души

На обратном переходе с Аляски во Владивосток «Макарова» и «Арсеньева» приветствовали, как героев, все встречные суда и корабли. В Министерство морского флота москвичи и гости столицы со всего света несли цветы. По адресу «Москва, Кремль» пришло множество благодарных откликов — из США, ФРГ, Финляндии, Канады.

А во Владивостоке спустя год после событий был установлен памятник «Три кита». Его история не менее удивительна, чем спасательная операция у мыса Барроу.

Американец Тимати Дагген, предприниматель из городка Лейк-Цюрих (штат Иллинойс), так впечатлился, что в честь спасения китов заказал памятник. Благо, был знакомый скульптор — умелец Джерри Фэйбер из городка Уолкер (штат Миннесота). Приятели действовали исключительно по велению души. Джерри, решительно отказавшись от денег, выпилил из дерева — трехсотлетнего вяза — трех калифорнийских китов. Инструментом ему служила цепная пила, точно такая, какими в октябре 1988-го эскимосы усердно пилили лед, делая прорубь за прорубью.

Когда мастер окончил работу, жители Уолкера доставили скульптуру в порт. Докеры, грузившие подарок советскому народу на советский теплоход «Братск», тоже работали безвозмездно.

«Американцы абсолютно не испытывают ненависти к советским людям, — написал тогда М.С. Горбачеву Тимати Дагген. — Те, возможно, просто этого не знают. Мы дарим памятник, чтоб заявить: американский народ очень хочет дружить с советским народом».

Ленинский субботник

Деревянный памятник боролся с вредным владивостокским климатом лет десять. А потом начал гнить. И «Трех китов» вновь, как тридцать лет назад, было решено срочно спасать.

— Съездил я на завод к судоремонтникам, говорю, есть киты деревянные, пропадают, надо бы отлить точно таких же из металла, — рассказал тогдашний директор Дворца культуры моряков Александр Васильевич Ткаченко. — А металла не было. Перестройка, тогда вообще ничего не было. Что делать? Вспомнил, что у нас в ДКМ-е стоит не у дел огромный бюст Ленина. Из цветного сплава, тяжелый. Ну и под свою ответственность попросил нашего плотника Прокопыча расколотить вождя втихаря. Закончили, отвезли металл на завод — не хватает каких-то 60 кило! Говорю ребятам, неужели не найдете? Поможете — будете спонсорами. Все нашли и отлили точно по оригиналу. Пароходство потом написало в Штаты, что памятнику дали вторую жизнь..

Когда динамит не помог.

В 2017 году в Издательстве Университета Аляски вышла книга Дэвида Рамсера «Растопить ледяной занавес. Невероятная история народной дипломатии на границе России и Аляски» (во время событий у мыса Барроу автор был советником губернатора самого северного штата США).

«Как пресс-секретарь губернатора Аляски, я обработал множество журналистских запросов об этих китах, — пишет Дэвид Рамсер. — Губернатор Купер отказался принимать участие в медийном цирке, считая, что наиболее экономичное решение кроется на острие гарпуна.

Пытаясь освободить китов, спасатели использовали успокаивающие песни, динамит, японский трактор-амбифию, сбрасывание бетонного блока весом 8000 фунтов с вертолета, чтоб разбить лед. Ничего не помогало. . Тогда на помощь и пришли бесстрашные советские ледоколы.

. В течение трех дней ревели дизели «Адмирала Макарова» мощностью 36 000 лошадиных сил, когда ледокол на глазах всего мира многократно таранил глыбу.

Как информагентство «Юнайтед Пресс Интернешнл» написало по горячим следам, «невероятная команда из эскимосов, ученых, экологов, нефтяников и советских моряков провожала двух калифорнийских серых китов, . в последний раз замеченных в кильватере русского ледокола на пути к свободе открытого моря».

В прошлом году, ремонтируя лестницу по соседству, рабочие попытались временно сдвинуть «китов», подняли их краном и — уронили. Скульптура раскололась. Полыхнул городской скандал. Сломанные части оперативно сшили сваркой на Дальзаводе. Правда, шов остался. Но разве это так важно для китов и держав.

В Перу спасатели вместе с военными спасали кита

27 лет назад в 1988 году американцы и русские объединились для того, чтобы спасти серых китов, застрявших в ледяной западне у берегов Аляски. О том, как проходила операция по спасению морских млекопитающих, расскажет этот пост.

7 октября 1988 года охотник Рой Ахмаогак, эскимос-инупиат, обнаружил трёх серых китов, запертых в полынье в поле пакового льда в Море Бофорта вблизи мыса Барроу в штате Аляска. Охотник попытался при помощи цепной пилы прорезать путь во льду, ведущий к открытой воде. Соседи по деревне помогали охотнику, с помощью насосов не давая льду образоваться заново за ночь.

Неделей позже в Анкоридже был снят новостной сюжет о попавших в ловушку китах. Спасатели попытались получить во временное пользование баржу из Прудоу Бэй, чтобы проломить лёд и очистить путь, однако баржа сама оказалась заперта во льдах. Положение китов привлекло ещё большее внимание СМИ, когда журналисты связались с Баро Норт Слоуп и прибыли на место происшествия. Национальное управление океанических и атмосферных исследований выслало команду учёных-цетологов, а Государственный департамент США попросил о помощи два советских судна: ледокол «Адмирал Макаров»’ и судно-снабженец «Владимир Арсеньев». Киты попытались последовать по пути к выходу, но толпа журналистов заставила их вернуться. Киты были изранены острыми ледяными осколками, образовывавшимися при пробивании пути, и вода вокруг окрашивалась их кровью.

Драма у мыса Барроу разворачивалась в прямом эфире. В поселок прибыли 150 журналистов из разных стран мира и новости отсюда поступали каждый день. Терпящие бедствие киты не только попали в центр внимания крупнейших газет и телеканалов, но даже получили собственные имена. Спасатели окрестили их Сику, Путу и маленький Бон-Бон.
Операция по спасению китов продолжалась уже третью неделю, и положение стало критическим. Температура у мыса Барроу упала до -18 градусов по Цельсию. 22 октября весь мир с ужасом узнал о том, что малыш Бон-Бон, которого успели полюбить в разных уголках планеты, скончался от переохлаждения и недостатка кислорода. Американские спасатели были в отчаянии. Они начали прорубать канал для выхода китов в открытое море, но оказалось, что пространство между рифами забито стамухами — льдинами, сидящими на мели до самого дна.
Русские ледоколы подошли к мысу Барроу на рассвете 26 октября. На борт «Адмирала Макарова» сразу прилетели руководители спасательной операции Рон Моррис и командующий Северным флотом США адмирал Зигмунд Петерсен. Под камерами журналистов и телевизионщиков капитан Решетов сказал всего одну фразу: «Let’s cut ice» (Давайте резать лед).

Сергей Решетов, капитан ледокола «Адмирал Макаров»: «Американцы не верили в возможности наших ледоколов. Но когда они посмотрели, как после двух ударов стамухи разлетелись, они изменили свое мнение»
Николай Шаталин, гидролог ледокола «Адмирал Макаров»: «Адмирал Макаров» пробил лед до входа в лагуну, но дальше идти не мог, поскольку глубина стала критической — 6-7 метров при осадке ледокола 10 метров. Наступила очередь «Владимира Арсеньева». Практически чиркая по дну брюхом, «Арсеньев» резал лед в проливе, расчищая проход к каналу, который прорубали американцы.
Киты уходили из ловушки ночью 29 октября. Никто не видел, как они вышли из лагуны, ставшей для них смертельной западней, но рано утром вертолетная разведка донесла: киты вышли в открытое море. Операция Breakethrough — «Прорыв», как ее окрестили американцы, закончилась

Американцы потратили на операцию по спасению китов 5,5 млн. долл. С экономической точки зрения это было абсолютным безумием, но моральный эффект, который произвела операция «Прорыв» на весь мир, она оказалась бесценной. Киты объединили тысячи людей из разных стран.
За драмой, разыгравшейся у мыса Барроу, как и многие люди в мире, следил торговец произведениями искусства из маленького городка Лейк-Цюрих в штате Иллинойс Тимоти Дагген. Восхищенный тем, что совершили русские, Тимоти решил отблагодарить наших моряков и сделать им подарок от всех американцев.
Дагген разыскал в штате Миннесота скульптора Джерри Фэйбера, который вырезал скульптуры из дерева, и сделал ему заказ. Тот долго искал дерево, которое стало бы материалом для изображения китов и нашел его на территории резервации индейцев Чиппева. Это был старый, умирающий 300-летний вяз и Джерри решил дать ему вторую жизнь.
Три месяца работал скульптор над памятником и когда он был готов — все удивились. Джерри изобразил ТРЕХ свободных китов, выпрыгивающих из воды. Во Владивостоке, куда он прибыл на открытие монумента, Джерри задали вопрос: почему китов трое
Джерри Фэйбер, скульптор: «Знаете, я немного сентиментален и люблю хеппи-энды. Конечно, один кит погиб, но пусть их будет трое, ведь если бы ваши парни участвовали с самого начала, третий кит, наверняка, остался бы жив. »

Читать еще:  Во Флориде плавали рядом с акулами

В США эту историю помнят до сих пор. О ней написано несколько книг, а на основе одной из них в Голливуде сняли фильм Big Miracle с Дрю Бэрримор в главной роли — в русском прокате «Все любят китов». Мировая премьера картины состоялась 3 февраля 2012 года, а в России, в том числе Владивостоке, на день раньше.

Наука

Биология

«Давайте резать лед»: как советские моряки спасли китов в США

30 лет назад советские моряки спасли китов, застрявших во льдах на Аляске

30 лет назад советские моряки вместе с американцами спасли из ледового плена двух серых китов, которые находились в тяжелом физическом состоянии и пребывали на грани смерти. Операция у берегов Аляски продлилась три недели. За ней следил весь мир.

30 лет назад в решающую фазу вошла операция «Прорыв» по освобождению серых китов, зажатых во льдах близ мыса Барроу в штате Аляска. События получили широкую огласку в СМИ и стали примером успешного межнационального сотрудничества.

История началась 7 октября 1988 года, когда охотник-эскимос Рой Ахмаогак случайно обнаружил запертых в полынье животных. Около часа он внимательно наблюдал за ними: киты с трудом находили в своем «бассейне» возможность нормально дышать. Освободиться из толстых слоев льда самостоятельно для них не представлялось возможным. Китам непременно грозила бы мучительная смерть, не прояви Ахмаогак сострадания.

Мужчина привлек на помощь соседей по деревне Инупиак, но даже совместными усилиями им не удалось решить задачу.

Стараний пытавшегося прорезать дорогу во льду Ахмаогака оказалось недостаточно. Равно как безуспешными были попытки остальных с использованием насосов не позволить толще заново образоваться за ночь. Но китов все равно не оставляли без моральной поддержки, упрямо пытаясь если не пробить лед, то хотя бы предохранять полынью от дальнейшего замерзания.

Животным дали имена на эскимосский манер – Путу, Сику и Каник. Мэр местного поселения, дядя охотника — Джордж Ахмаогак подчеркивал, что для успеха операции спасателям необходимо «думать, как киты».

По иронии судьбы, первым пришел на выручку пленникам человек, всю жизнь занимавшийся именно китобойным промыслом. Правда, серые киты не являлись обычной целью Ахмаогака-младшего. Эта разновидность проводит лето к северу от Аляски, а на зимовку мигрирует к мексиканскому побережью. Истребление серых китов в коммерческих целях в какой-то момент поставило вид на грань исчезновения, поэтому к концу 1980-х они находились под защитой федерального закона. Охота на морских млекопитающих была запрещена.

Причина попадания трех особей в ледовый капкан близ Барроу так и осталась загадкой. Ученые предполагали, что киты отбились от стаи и ушли на восток в поисках пропитания. Увлекшись охотой, они пропустили сигналы вожаков о выдвижении на Мексику. Как рассказывали биологи, в схожих обстоятельствах каждую осень гибнет по несколько китов. Джим Харви из Национальной лаборатории морских млекопитающих называл такую смертность естественным отбором и пояснял, что с биологической точки зрения в спасении животных не было смысла.

Уже после операции инициативу по вызволению китов жестко критиковали и другие ученые, кивавшие на высокую стоимость ее подготовки и проведения – более $5 млн.

Вскоре судьбой млекопитающих озаботился местный биолог Джефф Кэролл. Он сохранял надежду на самостоятельное спасение китов, однако температура, как назло, упала до рекордно низких для октября отметок. Мороз угрожал закупорить остававшееся во льдах отверстие и попросту утопить китов. Шли дни – тенденции к улучшению не было. Тогда Кэролл забил тревогу и сделал все возможное, чтобы о бедствии узнало как можно больше людей.

На ситуацию в море Бофорта обратили внимание журналисты. Попавшие в ловушку природы киты превратились в постоянных героев сюжетов на ТВ. Сотрудники «Гринписа», к которым обратились за комментариями репортеры, лишь разводили руками, сетуя на отсутствие необходимого оборудования. Прибывшая на место активистка Синди Лоури из этого ведомства предложила выманить узников китовыми песнями. По ее убеждению, животные сами пробили бы ледовую массу и прорвались в открытое море.

Время шло. На девятый день после обнаружения Ахмаогаком киты начали проявлять признаки стресса. Одновременно состоялось совещание капитанов китобойных шхун из числа эскимосского населения. Несколько охотников выступили с предложением застрелить животных и так избавить их от страданий. Радикальная позиция, впрочем, осталась в меньшинстве.

С возрастанием резонанса спасением океанских жителей заинтересовались власти США. Национальное управление океанических и атмосферных исследований отправило к месту ЧП ученых-цетологов. Ответственным за спасательную операцию был назначен офицер Рон Моррис из Национальной службы морского рыболовства. Несколько дней к «бассейну» безуспешно пытались подогнать баржу. На поверку идея оказалась бесполезной. Не было реализовано на практике и предложение использовать взрывчатку. Не прошел захват китов в сети и вывоз на вертолете.

Пытаясь вырваться самостоятельно и явно пугаясь людей (помимо спасателей у полыньи круглосуточно дежурили толпы журналистов), киты метались в «проруби» и получали ранения острыми осколками льда. Вода вокруг окрашивалась их кровью.

«Душераздирающее зрелище: стараясь получить воздух, они разбили носы в мясо, до костей», — отмечали очевидцы.

Первым потерял силы младший из животных девятимесячный Каник, которого участники операции ласково называли Кость. Он начал хрипеть и 21 октября умер от нехватки кислорода и, как предположили ветеринары, развившейся пневмонии. Гибель остальных особей как могли отсрочивали специалисты.

Только тогда Государственный департамент США призвал на помощь находившиеся неподалеку советские корабли – ледокол «Адмирал Макаров» (это построенное в 1975 году судно по-прежнему в строю и продолжает участвовать в спасательных операциях и в наше время) и судно-снабженец «Владимир Арсеньев». В политическом плане вынужденное обращение к СССР осложнялось сложной историей взаимоотношений советских моряков с организацией «Гринпис»: пятью годами ранее активисты организации, выражая протест против убийства китов, вторглись на сибирскую станцию и подверглись аресту.

И все же «Адмирал Макаров» и «Владимир Арсеньев» откликнулись на просьбу и 24 октября пришли к полынье. Весь день они таранили лед, а затем, действуя в соответствии с перестроечным курсом на гласность, позволили американским журналистам подняться на борт ледокола.

«Вся наша страна, как и другие, следит за спасением китов, затаив дыхание. Мы любим животных», — заявил один из советских офицеров.

26 октября в ледяном хребте наконец-то образовался проход. Участники «Прорыва» приготовились праздновать победу, однако киты отказались уплывать в море, боясь дрейфующих осколков льдин. Тогда офицер Моррис попросил команду «Владимира Арсеньева», уже собиравшуюся покинуть место операции, очистить и расширить образовавшуюся «дорогу жизни». В итоге киты все-таки ушли по прорубленному для них каналу. Так посчитали спасатели, не обнаружившие Путу и Сику в полынье и поблизости в ходе наблюдения с вертолета.

«Американцы не верили в возможности наших ледоколов. Но когда они посмотрели, как после двух ударов стамухи разлетелись, они изменили свое мнение»,

— вспоминал капитан ледокола Сергей Решетов, начавший операцию словами на английском, произнесенными в прямом эфире американского телевидения, — «Давайте резать лед».

«Корабль пробил лед до входа в лагуну, но дальше идти не мог, поскольку глубина стала критической — 6-7 метров при осадке ледокола 10 метров. Наступила очередь «Владимира Арсеньева», — рассказывал гидролог «Адмирала Макарова» Николай Шаталин.

Практически чиркая по дну брюхом, «Арсеньев» дробил лед в проливе, расчищая проход к каналу, который прорубали американцы.

В 2012 году на мировые экраны вышел фильм «Все любят китов», снятый по мотивам событий у мыса Барроу. По словам участника операции, в 1988-м – первого помощника «Адмирала Макарова» Владимира Мороза, его не обидели некоторые характерные американским режиссерам стереотипные образы в киноленте – вроде группового распития водки матросами на капитанском мостике. Гораздо важнее сам факт выхода картины, уверен он.

«Мы уже возвращались во Владивосток в составе двух кораблей. И тут получаем радиограмму, подписанную Горбачевым, о том, что необходима помощь трем китам, попавшим в ледовый плен у берегов Аляски. Семья китов с маленьким детенышем зашла в лагуну бухты Барроу, и не смогла выбраться из-за раннего движения льдов. Когда нам предоставили карту, мы поняли, что задача гораздо сложнее, чем кажется. Мы запросто могли сесть на мель и остаться зимовать во льдах.

В фильме показано, что мы пробиваем лед в три попытки, а на самом деле эта задача заняла 5 дней.

Нам сильно помогли местные жители, которые с помощью бензопил за несколько дней проделали 700 лунок, чтобы соединить ловушку, в которую попали киты, с большой водой. И только тогда все получилось», — рассказывал Мороз в интервью vl.ru.

Чтобы успокоить животное, моряк гладил его по голове: «Внезапно возле тебя возникает такая огромная масса с прилипшими ракушками, и ты даже не понимаешь, что это живое существо, — настолько оно большое».

В 1989 году американец Тимоти Дагген подарил Владивостоку памятник, изображавший трех китов, выныривающих из воды. Через восемь лет испортившийся деревянный монумент заменили бронзовой репликой.

Источники:

http://m.fishki.net/3048813-operacija-proryv-kak-amerikancy-i-russkie-vmeste-spasali-kitov.html
http://www.1tv.ru/news/2017-08-11/330553-spaseniem_zakonchilas_istoriya_zastryavshego_na_melkovodie_detenysha_grenlandskogo_kita
http://foto-history.livejournal.com/11010243.html
http://rg.ru/2019/01/16/reg-dfo/rodina-dnevnik-uchastnika-spasatelnoj-operacii-proryv.html
http://trinixy.ru/120408-trogatelnaya-istoriya-spaseniya-kitov-obedinivshaya-neprimirimyh-sopernikov-5-foto.html
http://m.gazeta.ru/science/2018/10/26_a_12035935.shtml

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector